Антивирусы «Лаборатории Касперского»
в интернет-магазине www.kaspersky-security.ru

(800) 350-59-04

Новости

Бешеный маятник или История одного патента, которого больше нет.

История патента US5490216, который долгие годы наводил ужас на IT-индустрию и высосал сотни миллионов долларов из десятков компаний, включая Microsoft, Google и Electronic Arts.

Волею судеб некоторое время назад я неожиданно оказался вынужденным жителем домашнего офиса. За это время моё преимущественно горизонтально-диванное положение в пространстве несколько раз нарушалось хорошими новостями, которые вызывали вертикально-подпрыгивающее настроение. Одна из таких новостей пришла с фронта борьбы с патентными троллями: окружной суд Техаса отказал компании Uniloc в иске против нас за нарушение патента US5490216. Это тот самый патент, который с начала 2000-х годов наводил ужас на IT-индустрию, красил сединой патентных юристов и немилосердно выпотрошил кошельки больше 160 компаний, в том числе Microsoft, Google и Electronic Arts.

Но на этом хорошая новость не заканчивается!

Совместные усилия IT-индустрии привели к инвалидации злополучного патента и не просто инвалидации – это хороший пример, который показывает серьёзность измениий в американской патентной системе. Как говорится, slowly but surely система меняется к лучшему. И пусть slowly, да хоть как угодно — эти изменения имеют глобальное значение, они наконец-то могут снять с IT-индустрии оковы патентных паразитов, тормозящих технологическое развитие.

Лёд не только тронулся, он стремительным потоком несётся вниз по течению, открывая разработчикам свободу действий и защиту от преследования со стороны обладателей, простите, «говнопатентов». Патентов, описывающих абстрактные, порой очевидные вещи, и на практике не применяющихся и используемых исключительно для «доения» разработчиков похожих технологий.

В общем, история «патента ‘216» напоминает триллер с бешеным маятником, который качался то в одну сторону, то в другую с внушительной амплитудой. Однако логарифмический декремент затухания ещё никто не отменял :) и вот сия история подошла к своему логическому завершению.

«Триллер?» — спросите вы. «Хотим!» И я тоже хочу :) Устраивайтесь удобнее, попкорн и напитки по вкусу, но в изрядном количестве, потому что рассказ будет интересным и насыщенным профессиональными патентными терминами.

Компания Uniloc Corporation была основана в Австралии 1992 году. Тогда она занималась вполне себе созидательной деятельностью, разрабатывая решения для компьютерной безопасности. В том же году одна из технологий для защиты от пиратства защищается тем самым патентом US5490216.

Но далее траектория развития бизнеса компании пошла совсем в другом направлении. В 2003 году создаётся сеть дочерних компаний, которые занимались исключительно вопросами… назовём их «лицензированием». И сразу, как говорится, с корабля на бал: иск против Microsoft за нарушение «патента ‘216».

Но сначала несколько слов о, собственно, сути патента.

Патент описывает метод активации программного обеспечения, который позволяет защитить копию программного обеспечения от повторного использования на другом устройстве. Иными словами, чтобы одну и ту же лицензию не раскатывали на 10тыс. компьютеров.

Процесс активации заключается в создании уникального идентификатора на стороне пользователя по таким параметрам, как время, серийный номер жёсткого диска, имя, адрес, название компании, информации об оплате и ряде других. Далее по тому же алгоритму вычисляется уникальный идентификатор на стороне сервера, который отправляется обратно пользователю, где происходит сравнение идентификаторов, рассчитанных на конечном устройстве и на сервере. Если они совпадают, то софт активируется. Нарушение именно этого пункта формулы впоследствии и вменялось всем ответчикам. И действительно: многие компании для тех или иных проверок используют сравнение хешей тех или иных данных.

Но дьявол в деталях, которые ответчики на протяжении почти 15 лет не смогли рассмотреть, правильно «разжевать» и прекратить патентное вымогательство.

Итак, сентябрь 2003г. Uniloc подаёт иск против Microsoft, который тянется аж до 2009г., когда суд присуждает победу Uniloc с астрономической компенсацией в $388млн. После серии апелляций с каждой стороны дело дошло до Federal Circuit Court of Appeals,  До окончания апелляции о пересмотре размера возмещения Uniloc и Microsoft договорились сами, результаты договоренности не разглашались, но о круглости суммы можно догадаться.

В этой патентной опере ключевым моментом стало решение суда от 2009 года. Uniloc почувствовал запах денег и с тех пор иски за нарушение «патента ‘216» стали подаваться к IT-компаниям пачками. «Положительный» опыт в суде также сподвигнул Uniloc к скупке новых патентов, что вскорости прибило к компании прозвище Patent Troll in Chief. Какие изобретения и разработка? Вот оно – золотое дно! Нафиг дорогостоящие инвестиции в технологии – места программистов заняли профессиональные юристы, которые по шаблону высасывали из IT-индустрии средства на развитие продуктов и услуг.

На руку патентному троллю сыграла и позиция других IT-компаний. Имея наглядный пример дорогостоящего поражения Microsoft, большинство ответчиков предпочитало кормить троллей решать дело досудебным урегулированием: «ну, если и Microsoft не смог, то куда уж нам». Некоторые боролись до конца, но всё равно проигрывали. А 18 октября 2013 года иск от Uniloc пришёл и к нам.

Уважаемый читатель моего блога, следящий за сводками наших отношений с патентными троллями наверняка помнит наш девиз: «бороться до последнего патрона, их патрона». Кормить троллей категорически не сочетается с нашей бизнес-философией и каждый патентный иск мы отрабатываем до победного конца и уже начали переходить в наступление.

Этот кейс не стал исключением: мы нашли существенные отличия нашей технологии от запатентованной технологии, планово прошли все стадии судебного процесса, просчитывали возможные ходы, готовили аргументацию и адаптировали позицию. Параллельно была начата процедура инвалидации патента в американском патентном ведомстве, плюс на тот момент действовал America Invents Act, который, привнёс в патентную систему несколько очень актуальных нововведений.

В сентябре 2012г. были запущены две важные процедуры для оспаривания действительности патента в палате по патентным спорам (PTAB). Во-первых, IPR, согласно которой заявитель имеет возможность показать «обоснованную высокую вероятность» («reasonable likelihood») недействительности патента. Во-вторых, процедура PGR для инвалидации «свежих» патентов (не старше 9 месяцев) по вероятности «more likely than not». Не спрашивайте меня чем «reasonable likelihood» отличается от «more likely than not» :) — эти особенности американского национального законодательства смогут доступно пояснить разве что профессионалы.

По сравнению с обычной, судебной процедурой оспаривания патента эти процедуры значительно быстрее (~1 год против 2,5), дешевле ($250-400K против $1,5-2M) и, главное, проще и профессиональнее. В рамках IPR/PGR решение принимают профессиональные патентные эксперты (а не жюри широкого профиля), патентные формулы рассматриваются шире (соответственно больше возможностей для использования prior art) и, наконец, ниже сила аргументов (тот самый likelyhood).

Казалось бы вот оно – случилось и сейчас настанет счастье и процветание. Но не так быстро!

Обе процедуры на практике оказались достаточно сложными, по ним не было наработанной практики и поэтому дела сначала пошли очень медленно, с весьма туманным результатом. Однако многие компании всё же начали процессы по инвалидации патентов и это сыграло свою роль – атака с разных сторон на патентных троллей с использованием разнообразной аргументации существенно повышает шансы на успех. И в 2016г. злополучный «патент ‘216» всё-таки получил свой заслуженный статус «недействителен».

Заявители доказали PTAB, что приоритет этого патента должен считаться по дате американской заявки (21 сентября 1993г.), а не предварительной австралийской заявке (да, для получения патента США можно использовать приоритет патента или заявки, поданных в других странах). Почему? Потому что австралийская и американская заявки в данном случае были неидентичны. В австралийской заявке не было раскрытия ключевых элементов (в т.ч. пункта формулы, по которому судили Microsoft)! А далее был представлен более ранний патент, описывающий метод генерации уникальных идентификаторов для защиты от пиратства, что и послужило финальным аргументом для признания «патента ‘216» недействительным.

Думаете на этом история счастливо закончилась? Ха!

Патентным юристам пришлось седеть ещё два года в ожидании вердикта по апелляции Uniloc и решения Верховного Суда США, которому патентные тролли предложили рассмотреть конституционность новых процедур по инвалидации патентов. Но хорошо то, что хорошо кончается. Апелляция отклонена, Верховный Суд подтвердил конституционность процедуры PTAB и, таким образом, не побоюсь этого слова, мы поступательно движемся  в новую эпоху патентоведения. Эпоху, ориентированную на реальных изобретателей, разработчиков-практиков, технологические бизнесы, которые тянут прогресс. Эпоху, которая устанавливает новые, справедливые правила защиты технологий – без абстрактных и очевидных идей и алгоритмов (слава прецеденту «Alice»). «Патентуемость» изобретения теперь требует больше, чем обобщённая реализация абстрактной идеи.

Эти нововведения и новая практика в патентной индустрии вселяют уверенность, что беспредел патентных троллей подходит к концу. Прямо совсем к концу? Закончу пост фразой Черчилля, которая точно характеризует настоящее положение вещей: «Это ещё не конец. Это даже не начало конца, но, возможно, это конец начала».


Источник: Лаборатория Касперского

02.10.2018